ZRD.SPB.RU

ИНТЕРЕСЫ НАЦИИ - ПРЕВЫШЕ ВСЕГО! 

 

ВЫХОДИТ С АПРЕЛЯ 1991г.

 

ВСЕРОССИЙСКАЯ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГАЗЕТА

 

Из истории федерализации Никарагуа

В 1820-х годах, добившись независимости в годы наполеоновской оккупации Испании, латиноамериканские провинции Мадрида образовали Центральноамериканскую Конфедерацию. Никарагуа была ее частью. В 1830-х к ней было приковано внимание мира: в центрально-американских провинциях начались изыскательские работы, должные обеспечить построение канала из Тихого в Атлантический океан. Через какую страну пройдет канал – Никарагуа, Коста-Рику, Колумбию (ее провинцию Панама) – инженеры, политики и капиталисты спорили полвека.

Элита новых государств, имея общее происхождение и воспитание с элитой северо-американской, была настроена к англоязычному Северному Соседу самым благожелательным образом: и англо-, и испаноязычные революционеры прошли одинаковую подготовку в масонских ложах. Они одинаково сочетали вражду к апостольскому христианству (католицизму) и «патриотическую» риторику - прославлявшую новые «нации», искусственно сконструированные в ходе революций, были сторонниками свободы торговли и предпринимательства - выгодного англоязычным монополиям. …Ненадолго отвлечемся. Много знает Уважаемый Читатель о русских адмиралах С.С.Лесовском и А.А.Попове? Едва ли! Большинство общих энциклопедических справочников (включая БЭ издания 1900 г.), и даже специальные (Военный, 1985 г.) – о Лесовском молчит. Так молчат и о Попове. Молчат, хотя молчать о них просто неприлично, когда их имена прославили деятели культуры (Попова – К.М.Станюкович, Лесовского – Н.А.Римский-Корсаков и В.С.Пикуль), а Попов, тем более, выдающийся ученый и инженер. Почему так? Причина неприязни, так отозвавшаяся в русскоязычном государстве, таится в том, что в 1863 – 1864 гг. руками адмиралов был нанесен удар англоязычному транснациональному капиталу. Его индустриальная мощь в те годы основывалась на хлопке с плантаций Сев.Америки, питавшем ткацкую промышленность Великобритании (бизнес, в частности, семьи Энгельсов). Женщины всегда ценят модные туалеты, и вопросов со сбытом швейной продукции не возникало, лишь бы поступало сырье… С разгромом рабовладельческих штатов – союзников Британии, поддержать которых англичанам не позволили русские крейсера, развернувшиеся на океанских коммуникациях, плантации, питавшие лондонские фабрики, пришли в запустение. Неявно (прямо оплакивать судьбу заокеанских негровладельцев либеральные умы стесняются), это получает отражение в справочных русскоязычных источниках, вплоть доныне!

…Освобождение от «порабощения» Испанией (защищавшей колонии протекционистскими барьерами) принесло латиносам, «освободившимся» в начале ХIХ века - провозгласившим, по масонским рецептам, свободу торговли, порабощение англо-американским капиталом. Северные буржуа откололи от центрально-американского государства провинцию Никарагуа, в 1839 г. «провозгласив независимость» ее, ставшей провинцией иноязычных капиталистов. Центральноамериканская Конфедерация распалась.

Анчурия, гротескно изображенная в сборнике рассказов, а затем одноименном романе О`Генри «Короли и капуста», ближе всего напоминает именно Никарагуа. В осколках Конфедерации утверждались тогда марионетки торговых компаний Севера, радостно утверждавшиеся туземцами, под бодрые ритмы произведений музыкальной массовой культуры Штатов, типа «…Ты славный малый, орудовай сюда» (как пародируется жанр мюзикл`ьного шлягера в экранизации «Королей…»). Распоряжались впереди таких «президентов» - политические агенты Вашингтона, и когда в никарагуанской таверне, между кружками рому, капитан американского судна получил от аборигенов в морду, за его честь вступился командир военного корабля, без разговоров открыв огонь по городку Блуфф из орудий.

Но влияние «гринго» этим не ограничилось. В 1854 году в маленькой стране, не имевшей боеспособных формирований, - подрядившись восстановить смещенного премьер-министра - высадилась банда северо-американского авантюриста полковника Валькера (Уолкера).

Современные источники так приподнято повествуют об оном: "Он был чрезвычайно противоречивым человеком. В нем уживались, казалось бы, несовместимые черты характера — доброта и холодная жестокость, личная храбрость, способность к самопожертвованию и циничное равнодушие к жизни других, расчетливость, хладнокровие и безрассудство, толкавшее его на авантюрные поступки. Довольно хрупкое сложение и небольшой рост с лихвой окупались его гипнотическим взглядом, многократно описанным биографами и поэтами". Но не «гипнотический взгляд» атамана, а револьверы Кольта и пистонные винтовки несли победы флибустьерам, оказавшись более эффективным оружием, сравнительно с мушкетами, лассо и дульнозарядными пистолетами латиносов.

Пользуясь отсутствием войск у аборигенов, Валькер захватил столицу (тогда Гранада). Он провозгласил президентом Никарагуа себя, немедленно признанный в этом качестве послом Штатов. Новый президент ввел северо-американское законодательство и порядки, включая рабовладельческий строй (как в Российской Федерации ХХI века!), и объявил английский язык государственным языком. Страна превращалась в новый штат англоязычной Федерации, подобно Техасу и Калифорнии. Будь в то время авиация и авианосцы, можно было бы сказать, что Никарагуа сделалась «северо-американским непотопляемым авианосцем».

Диктатура Уолкера продолжалась недолго. Соседние республики, области рухнувшей Центральноамериканской Конфедерации – Коста-Рика, Гватемала, Сальвадор объявили ему войну. В Никарагуа двинулись вооруженные формирования аборигенов-латиносов. Соединенные Штаты, скованные «фермерской войной» в штатах Канзас и Колорадо (пролог Гражданской войны 1861-1865 гг.), федеральных войск на помощь своему агенту не направили. После недолгой войны, диктатура янкесов, державшаяся не столько на штыках, сколько на подмоченных долларовых пачках, рухнула, а Уолкер, не успевший «подать в отставку», попав в плен, был казнен. Книжка "100 великих авантюристов" сообщает: "В англо-американской литературе первая экспедиция Уокера в Никарагуа иногда описывается в подчеркнуто пренебрежительном тоне, как почти забавная история в опереточном духе, а сам Уокер представляется этаким мелушутом, всерьез вообразившим себя новым Наполеоном. По этому поводу р. Хьюстон резонно заметил, что вряд ли стоит всерьез именовать «шутом» человека, на совести которого по меньшей мере 12 тысяч погубленных жизней. Действительно, из армии численностью в 2518 человек Уокер только убитыми и умершими от ран потерял более тысячи. Еще 700 человек дезертировали (некоторые осели в Никарагуа), 250 — попали в плен. Потери же центральноамериканцев были в 4-5 раз большими. По некоторым данным, одна лишь холера унесла от 10 до 12 тысяч жизней".

С тех пор, в регионе, прежде населенном лучшими друзьями англо-американцев, клич «Смерть гринго!» сделался национальной идеей.

Вам эта история ничего не напоминает?

Р.Жданович
 

 

Перепечатка материалов разрешена. Ссылка на газету и сайт обязательна.
Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов.