ZRD.SPB.RU

ИНТЕРЕСЫ НАЦИИ - ПРЕВЫШЕ ВСЕГО! 

 

ВЫХОДИТ С АПРЕЛЯ 1991г.

 

ВСЕРОССИЙСКАЯ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГАЗЕТА

 

Обер-прокурор и Синедрион

\Отклик на статью «Тройной капкан для Льва Толстого», «За Русское дело», №9, 2010\

Профессор МДА А.П.Лебедев заметил некогда, что российская церковно-историческая наука - уступает науке не лишь немецкой и французской, не только английской и итальянской, но даже испанской, датской, греческой, и находится она - где-то на уровне науки таких стран как Румыния, превзойдя - едва, если ученость какого-нибудь Сербского или Черногорского княжества. Это объясняет, почему на фоне учительного богословия РПЦ, даже буквалистски-рациональные предположения Л.Н.Толстого – напоминавшие предположения Ренана, хотя добросовестно основанные на новейших исследованиях немецких протестантских богословов, звучали опасно, и смогли быть опубликованы на родине лишь после 1917 (и мизерными тиражами). Происходило это в годы, когда в частности, этнографические наблюдения Вс.Миллера и Н.Трубецкого – позволяли объяснить причину, по которой эллин Лука, написав Евангельскую историю, интерполировал в «логию» (свой второй после теофании Марка источник) эпизод рождения в пещере, поклонения пастухов (излагавший оную для иудеев, но близкий Луке Матфей, не скрывая «персидские» эпизоды*, такие как приход магов, об этом молчит). Во Фригии - в персидскую биографию бога Митры (груз. Амирани) [Б.И.Кузнецов «Бон и маздаизм», 2001, с.170], согласно духу местных хтонических мистерий, был введен эпизод рождения Михра из скалы - на которую пролито было пастушеское семя [В.Г.Ардзинба "Нартский сюжет о рождении героя из камня", "Древняя Анатолия", М., 1985, с.157].

Не жалея денег на заграничные (в Турцию) командировки ученых с мировым именем, русская наука высокомерно не заметила их наблюдений. Это прошло мимо церковных историков, а с ними – и их неутомимого критика. Поводом для анафематствования оного, стал в действительности эпизод, незначительный до удивления.

В СССР - едва ли не главным врагом графа Л.Н.Толстого определен был Обер-прокурор Свтш.Синода К.П.Победоносцев. Сам обер-прокурор – выдающийся юрист (по оценке демократа - французского посла, со-организатора февральского путча 1917 г., М.Палеолога) и великий, как сказали бы теперь, политолог, – занимая должность, связанную с управлением Церковью, мистической веры, а по-видимому – и веры в розового бога РПЦ как таковой, был лишен вовсе - подобно Константину Равноапостольному и Фридриху Ницше.

Иными словами – был атеистом де-факто, подобно тому, как вожди партии большевиков были атеистами де юре. Первое - об оных сказать будет затруднительно, и еврейская молитва, изреченная вождем Коминтерна Григорием Зиновьевым перед расстрелом, выдает не одного лишь его.

Не имея веры в Бога – не полагаясь на милости Оного, о существовании Диавола (понимаемого хоть классически, хоть так, как понимал его Максим Александрович Руднев), тем не менее, К.П.Победоносцев был осведомлен, и в меру сил, препятствовал его восшествию в родную страну. Он ему был НЕПРИЯТЕН – неприятен и эстетически (как неприятны, допустим, антифашисты из «Совы», правонаследники эсдеков-интернационалистов и чекистов – борцов с контрреволюцией), и этически, и согласно правосознанию – существующему независимо религиозных убеждений (у оппонентов соединявшихся тогда с любыми, чаще либеральными, а нередко – революционными убеждениями).

Потому, именно Победоносцева исчислили на «религиозном фронте» победившие революционеры главным врагом. И именно ему спец-пропагандой, в СССР превратившейся в обычную («научную») пропаганду, была приписана инициатива создания той филькиной грамоты (скажем так, по аналогии с грамотами митрополита 16-го века), что известна как «Определение…» от 22.02.1901, уведя от ответственности организаторов подлинных – тех, кого в СССР номинально провозглашали «мракобесами» и «реакционерами».

Это оказалось повторено в статье зарубежного священника Владимира Алексеева, воспроизведенной газетой [ЗРД №9 (161)]. Но это лишь стереотип историографии, сложившейся в стране, где охрана порядка была вверена вайнахам (напр.: кап.Албугачиев), а пеночки стали «вылупляться из яиц кукушки».

Как показывает в своих очерках об Толстом и об РПЦ петербургский историк Сергей Фирсов, Победоносцев превосходно понимал последствия возглашения анафематизма беспартийному писателю графу Толстому (чьи русские издания до 1906 года проходили строгую цензуру). И на предложения консервативных, а вернее – просто прихлебательствующих перед троном, членов Синода, выразился он очень точно: незачем превращать графа в мученика – нужного тем, кто и близко не касается толстовских убеждений (как вот В.И.Ленину). Презрение графа к судейскому (включая попа) в его романах – презрение к чиновнику аристократа, а не революционера, подобное презрению А.Сумарокова, А.Пушкина и иных людей того круга… «Что вы знаете о России?! Россия – это ледяная пустыня, и ходит по ней лихой человек…», - это метафорический ответ Победоносцева деятелям из б-гоискательского кружка Мережковских, действительным революционерам, пытавшимся навязать Синоду общественную «дискуссию о церкви» - в годы, когда интеллигенция уже ощутимо трясла устои Самодержавия. Один из этих деятелей после февральского переворота, не смотря на пролетарское происхождение, станет Министром исповеданий буржуазного Временного правительства, а после – профессором Свято-Булгаковского б-гословского ин-та в Париже, под омофором эмигрантского митрополита Евлогия (о присяге царю-батюшке в февр. 1917 успешно позабывшего)…

Составление и ход синодальному Определению - был дан без ведома начальника, инициативою членов Синода, облаченных архиерейским саном – деятелей, напоминающих деятелей нынешней Общественной Палаты. Такое тоже бывает. Вот, например, нынче Ставропольский епископ РПЦ не стесняется демонстрировать публично свою дружбу с чеченскими Мусорскими уголовниками, ненависть к русским девочкам - подвергшимся нападению этих россиянских патриотов. Делал ли А.Прошечкин, В.Сурков или даже сам патриарх Кирилл (Гундяев) указания сему подельнику Р.Кадырова и антифашисту, соучастнику массового изнасилования русских женщин (независимо от личной ориентации), перед созданием и оглашением его заявления? Наверняка – обошлось без такового, и никто не тянул его за язык, хотя, если допустим, он «случайно» получит теперь, подобно т-щу Саахову, пулю в задницу - шуму будет не меньше, чем при «богоборческих гонениях» на судью Чувашова…

В 1900 епископат – т.е. именно те, кто осуществляет Ортодоксальное вероисповедание (чрез преложение Даров и чрез совершение рукоположений, и патриарший сан Московского епископа – это лишь сан столичного епископа, закономерно утраченный после переезда Двора в Петербург), - оказался суетней нежели безрелигиозный и безэмоциональный слуга Царя, прототип Каренина (в «Анне Карениной») и иных персонажей романов Л.Н.Толстого.

И нелицеприятное описание обедни, служившейся в романе «Воскресение» тюремным священником – то есть штатным сотрудником ведомства, где навечно лишали воли «несчастных» (как звали в России каторжников) русских людей, - обусловленное здесь даже не идеями автора, а самим контекстом романа - не выходящим за рамки литературной традиции - стало для Синедриона поводом к воздвижению для писателя пьедестала, подобного пьедесталу, какой соорудила Мартину Лютеру церковь Римо-Католическая. Плохо, что мы не поняли значение первого, как немцы минувших веков - очень далекие от неисторических иудео-христианских суеверий б-гословия века 16-го, тем не менее, поняли значение второго, важность - освобождения из-под духовной власти «ортодоксально-кафолического» папизма. И это отсрочило катастрофу – случившуюся с немцами не в 1806, и не в 1870, а лишь в ноябре 1918 года**…

При всем компилятивном характере тех богословских идей, почерпнутых из консервативной западно-европейской(!) мысли, что преподавались в тогдашней России по мысли К.П.Победоносцева, в инициативе политического акта, что принес, как правильно пишет о.Владимир, «огромный и непоправимый вред как самой Русской православной церкви, так и Российскому государству», Обер-прокурор Свтш.Синода не повинен.

Роман Жданович

*Напр., Предсказание Христа в Мф. содержит неловкий для нашего уха стих: «где будет труп, там соберутся орлы» [24, 28]. Подобные метафоры лишены смысла, более того – кощунственны, не только для иудея, но и для язычника-эллина, и даже для парса, ибо в виталистических (чем и отличных от христианства РПЦ) религиях смерть есть проклятие, и гной – видимое проявление оного. Перед нами – неловкий перевод (явно не первый), хотя стремившийся, видимо, к буквализму. А смысл оригинальной метафоры, позволяет понять фарсийское выражение из Сна Афрасьяба, стихотворно переведенное Лахути на русский из «Шахнаме», крайне велеречиво, в оригинале же Фирдоуси переданное с сохранением подлинного смысла противопоставления: «земля полнится прахом, а небо орлами» (здесь и дал.прим.авт.).

**Национал-Социализм – был связан с иными силами, с Консервативной революцией в стране, и как таковая – она опиралась на «отсталые», т.е. сохранившие католическое, даже – народно-католичское («двоеверческое») исповедание области, такие как Бавария; и наряду с политическими вождями, например, нач-к штаба ОКХ Гальдер – тоже был баварец.

 

 

Перепечатка материалов разрешена. Ссылка на газету и сайт обязательна.
Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов.

 
  Яндекс цитирования