WWW.ZRD.SPB.RU

ИНТЕРЕСЫ НАЦИИ - ПРЕВЫШЕ ВСЕГО! 

  Главная страница сайта  
    Новости  
  Номера газет, аудио информация, электронные версии  
  Интернет-магазин: книги почтой, подписка, электронные версии.  
  Славянская Община Санкт-Петербурга и Лен. области  
  Фотографии: демонстрации, пикеты, другие мероприятия  
 ВЫХОДИТ С АПРЕЛЯ 1991г.

ВСЕРОССИЙСКАЯ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГАЗЕТА 

  Письма читателей, которые не вошли в бумажные выпуски газет  


Когда ОНИ вернулись.
Тайна смерти и возвращение Александра Галича

До свиданья, города и хаты, нас дорога дальняя зовет,
Молодые, смелые ребята – на заре уходим мы в поход. (А.Галич)

Дата, от которой считается юбилейная, 19 октября 1918 года, но покойник любил указывать днем своего рождения 19/10 1919. Так ныне блатные номера на ново-русских тачках украшаются тремя «прямыми» или, за неимением, если велика очередь на соискуемый нумер, хотя бы «перевернутыми шестерками» - тремя девятками, как получилось здесь.

И проговорочка – не была дешевым бахвальством. Дожившие доднесь коллеги покойного уже не рассказывают про то, как они ловят «нацистских военных преступников». Ныне они провозглашают тождество свое с героями резни русского дворянства и буржуазии, распродажи на Запад краденного, - как вот сейчас с Максимом Исаевым-Владимировым-Штирлицем, чья деятельность в сериале (произведении из многих серий, одною из коих были «Мгновения») Юлиана Семенова (Ландсберга) начиналась именно с этого [«Бриллианты для диктатуры пролетариата»], - вполне откровенно, подобно тому времени – 1920-м [см. С.Куняев "Лейтенанты и маркитанты", НС, № 9, 2007]. Так, пожалуй, раскрывается и тайна членства погибшего в Народно-трудовом союзе (некогда бывшем Национально-Трудовым Союзом) – членства того, о каковых, едущих из Совдепии на «философском пароходе», в Белоэмиграции говорили: «не сосланные, а засланные». И тайна парижской «бытовой» смерти норвежскоподданого Гинсбурга - от электрошока из неисправного радиоприемника – вероятно смерти, посодействованной, вопреки всем приказам тогдашней ЦРУ-шной резидентуры, кем-то из старых кадров этой организации, - помнивших, что некогда она была Братством Русской Правды, - обретает разгадку (мне лишь такое объяснение видится непротиворечивым!).

Ожидая автобуса, засмотрелся я в вывешенное на стенде «Невское время» (призывая расстаться с пережитками патернализма, такой пережиток как газеты на стендах, для «своих и наших» исправно сохраняется). В середине № [НВ 23.10.2009] короткая заметка «Чья слепота страшнее?». На снимке бабушка. Перед войной потеряла двухлетнего сына, на войне – мобилизованного мужа. Попала в оккупацию, была угнана в Кенигсберг – в похоронную команду, грузить трупы. После освобождения – взята в армию войсковой санитаркой*.

Цена государству, спасая белобилетников из «братских республик» – изымающему на передовую женщин «государствообразующего» народа, особенно таких – нуждающихся в больнице с усиленным питанием, а не в кирзачах, есть вопрос отдельный. После войны – подруга убедила ехать к ней, в Горьковскую область, где героиня устроилась дояркой. 15 лет назад заболела. В районной больнице сказали, чтоб сидела дома – болезнь и пройдет. Вместо болезни прошло зрение. С тех пор и живет ветеран «победы над фашизмом», слепая, в пустой – с одним рукомойником хибаре, в опустевшей деревне. Пока оставались соседи – помогали сделать баню, теперь некому…

На следующей странице – на всю полосу панегирик юбиляру, Александру Аркадьевичу Галичу (Гинзбургу), в дорогом своем костюмчике, с усиками, которые почему то считаются «гитлеровскими» (всамделишный – не киношный Гитлер носил гораздо большие, «буденовские» усы). Так и называется: «Когда я вернусь».

И действительно ведь, вернулся, вурдалак! Теперь – когда в начальниках сидят, и даже, с купеческим шиком разъезжают по нашим улицам на спортивных машинах уже отнюдь не молчальники! И возвращение некогда «избравшего свободу» покойника – упырём тревожащего теперь оставшихся в России, первая героиня ощутила вдосталь.

Некогда довелось мне слушать рассказ Зиновия Гердта – того самого, которому посвящена одна из немногих, по-настоящему проникновенных (не требующих «нового платья короля») песен Окуджавы. По словам «Зямы», из 30 человек их «арбузовского» потока – на фронт подало заявления девять. Так что когда в «Случае на станции…» Солженицына – едва не единственном его произведении, сильном в собственно литературном отношении**, персонаж рассказывает, как их в театре забирали в ополчение по разнарядке, посредством НКВД, это поэтическая вольность. Нет, чекисты действительно обеспечивали положенное число заявлений ополченцев – таким вот именно образом, об этом свидетельствует редактор закрытых «Выборгских вестей» Вячеслав Кочнов, так потерявший деда [в «Новом Петербурге» статья называлась «Стирала окровавленную рубашку…»]. Но работа велась ими - среди совсем иных категорий граждан, на «идеологическом фронте» не служивших.

Галича в ряду с Гердтом не было – хотя ему действительно было что терять, во всех смыслах, например, его семья – единственная жила в отдельной квартире с телефоном. Это рассказчик отмечал, с некоторой даже обидой, что можно понять – потеряв на войне ступню, перейдя в актеры-кукольники, на хороший заработок, на широкую известность в народе рассчитывать ему не приходилось.

Александру Аркадьевичу досталось иное – навсегда, вовеки заклеймить «палачей», некогда посещавших врачей-вредителей, выдав им индульгенцию на веки-вечные. Врачам по ночам спится спокойно.

Р.Жданович

*Не принято вспоминать, что с 1942 г. окончивших школу русских девочек забирали в армию, наравне с парнями, а тех, кого нельзя было мобилизовать ввиду отсутствия 16 лет (международные хартии карали за мобилизацию в армию детей), направляли в команды «гражданской обороны», так – «по-жуковски» расчищавшие ставшую тыловой местность. (здесь и дал.прим.авт.).

**И кажется, написанном не без фиги в кармане - понятной фронтовикам, хотя непонятной диссидентам. Фактически, отправив в ЧК за неосторожное слово отставшего ополченца, оторванного от жизни интеллигента, герой повести спас ему жизнь. Расстрел, раз не шлепнули сразу - впопыхах, таким «контрреволюционерам» в требующее человеческого мяса военное время не полагался – в худшем случае заменяемый с сер. 1942 штрафной ротой (в самом худшем – концлагерем военного времени, с 25 % ежегодной смертности), но возможная, гипотетическая смерть там – для артиста оказалась заменяющей предстоящую верную смерть в бою. Ждавшую абсолютное большинство таких ополченцев под Москвой осени-зимы 1941 года…
 

Перепечатка материалов разрешена. Ссылка на газету и сайт обязательна.
Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов.
© За Русское Дело.